КОММЕНТАРИИ
В погонах

В погонахНа страже корпоративных секретов

16 ДЕКАБРЯ 2008 г. АНДРЕЙ СОЛДАТОВ
ogoniok.com

Новые поправки в Уголовный кодекс хотя и касаются таких преступлений против государства, как измена, разглашение гостайны и шпионаж,  больше направлены на защиту интересов госкорпораций, чем государства. И вряд ли даже самые ярые сторонники российского госкапитализма могут утверждать, что это одно и то же.

В любом продолжительном процессе (а засекречивание у нас началось задолго до Путина) желательно понимать, какой группировке выгоден каждый его конкретный этап.  Во время премьерства г-на Примакова, например, это было выгодно лоббистам, заинтересованным, чтобы процесс принятия решений в Кабинете министров стал максимально закрытым — тогда впервые заговорили о наказаниях за «утечки». Потом наступило время бенифициаров из контрразведки, и благодаря делам против ученых группировка, которая пробивалась  к высоким постам через шпионские процессы, получила заветные должности и погоны. Потом наступила очередь группировки, связанной с внешней политикой, и вновь были засекречены архивы, в том числе по Катыни. Теперь пошла новая волна. При этом, несмотря на оговорку в пояснительной записке к законопроекту, что статьи УК «в нынешнем виде осложняют работу следствия в системе ФСБ», не очень похоже, что она была инициирована «шпионским отделом» Следственного управления ФСБ. Хотя в поправках действительно есть вещи, которые придутся по нраву следователям в «Лефортово»: например, в случае их принятия отпадет необходимость доказывать, что ущерб нанесен именно внешней безопасности страны. (Хотя такое же определение действует в Германии, и ничего, как-то справляется немецкая контрразведка.)
Кроме того, несмотря на появление в определении государственной измены такого дополнения, как «оказание помощи… иностранному государству, международной либо иностранной организации или их представителям в деятельности, направленной против … конституционного строя, суверенитета, территориальной и государственной целостности», вряд ли законопроект направлен против оппозиционеров и правозащитников. Скорее,  это определение взято из статьи про  вооруженный мятеж и касается, видимо, террористических и экстремистских организаций.
В поправках есть намного более зловещие пункты. Судя по тексту проекта, в статье 275 («Государственная измена») предлагается считать изменой выдачу сведений, составляющих гостайну, не только «иностранному государству, иностранной организации или их представителям», но и «международной» организации. Одновременно предлагается дополнить статью 283 («Разглашение гостайны») пунктом 283.1, наказывающим за незаконное получение государственной тайны. С появлением этой статьи круг лиц, несущих ответственность за рассекречивание государственных тайн, будет расширен. И уж чтобы совсем все было понятно: понятие госизмены в проекте формулируется не только как шпионаж, но и оказание «консультационной помощи».

Таким образом, круг обвиняемых в госпреступлениях будет расширен за счет граждан, которые сами не допущены к гостайне, но стремятся ее получить, а, получив, консультируют международные организации.
Вряд ли этими гражданами будут ученые — они-то как раз давно являются мишенью, поскольку их научные институты имеют доступ к секретности. Также маловероятно, что поправки коснутся болтливых чиновников — в поправках нет ни слова о служебной тайне. Законопроект направлен против тех, для кого получение информации является профессией — то есть журналистов-расследователей и независимых аналитиков. Эта редкая порода специалистов еще существует в России. Однако из-за отсутствия нормального экспертного сообщества (которого нет, поскольку нет внешней экспертизы по законопроектам, как нет и парламентского контроля) и почти полного исчезновения расследовательских изданий им некуда продавать продукт своего труда, кроме как на Запад (в виде статей или аналитических справок). Между тем, как бы ни хотелось обратного патриотам, рынка для российской информации военного характера, нужного «шпионам», на самом деле не существует. Если подобные операции и проводятся западными разведками, то они явно не поставлены на поток. А вот на что действительно выделяются деньги, так это на сбор информации о деятельности таких российских корпораций, как «Газпром», «Роснефть»  и т.п. По тому же Газпрому у многих международных журналистских расследовательских организаций есть специальные совместные программы, в которых участвуют репортеры из разных стран. Интерес их к этой корпорации понятен — особенно после отключения газа Европе и многочисленных попыток скупить что-нибудь в той же Европе. Однако этот интерес никак не радует сам Газпром. Между тем, благодаря российскому законодательству часть информации этой корпорации уже подпадает под гостайну, и при желании список такого рода сведений можно расширить. Однако до сих пор механизма преследования не в меру активных «копателей» компромата на госкорпорации не было. Теперь он появится.

Еще осенью прошлого года Владимир Путин, тогда еще президент, представляя Михаила Фрадкова в качестве директора внешней разведки, сформулировал новые задачи для спецслужб: «Нужно более активно стоять на защите экономических интересов наших компаний за рубежом». Дмитрий Медведев, назначив директором ФСБ начальника Службы экономической безопасности Бортникова и санкционировав операцию ФСБ в ТНК-BP, подтвердил новый тренд — теперь вся мощь репрессивного государственного аппарата должна быть направлена на защиту интересов избранных российских корпораций. В том числе, судя по поправкам, и на защиту их секретов.
Версия для печати
 



Материалы по теме

Прямая речь //
В СМИ //
В блогах //
ФСБ объявила месячник шпиона // АНДРЕЙ СОЛДАТОВ
Прямая речь //
В СМИ //
В блогах //
Битвы в дни санкций // АЛЕКСЕЙ МАКАРКИН
Спецподход к Украине // АНДРЕЙ СОЛДАТОВ
Прямая речь //